Тысячелетие Литвы

Тысячелетие Литвы

Проф. Др. Альфредас Бумблаускас

Только тысячелетие имени?

Наконец-то Литва приблизилась к тысячелетию упоминания о себе. В начале ХI в. в германском письменном источнике  - анналах Кведлинбурга - около 1009 г. имеется следующая запись: «Святой Бруно, еще именуемый Бонифацием, архиепископ и монах, на одиннадцатом году своего обращения на границе Руси и Литвы убитый язычниками вместе с восемнадцатью единоверцами 9 марта отправился на небеса». В этом предложении впервые упоминается имя Литвы.

Анналы Кведлинбурга попали в историю Литвы скорее всего посредством собрания источников ХIХ в. «Scriptores rerum Prusicarum», в I томе которого были напечатаны только отрывки из анналов Кведлинбурга с фрагментом события 1009 г. Краткость сообщения обуславливала, что данный факт в отношении истории Литвы широко не рассматривался, тем более, что все другие источники (в том числе и историография), в которых говорится о миссии св. Бруно, локализовали ее в Пруссии. Значит упоминание Литвы считалось случайностью. Казалось, что сама Литва здесь ни при чем, что 1009-ый год не является переломным в истории Литвы. Ведь в анналах Кведлинбурга не говорится ни о крещении правителя, ни о государстве - только о криминале «на границе». Кроме того, видимо мы не могли поверить в то, что Литва и ее имя являются такими древними. Наученные еще патриархами национального возрождения ХIХ в. Симонасом Даукантантасом и Йонасом Басанавичюсом отождествлять айстисов (балтийцев) с литовцами, мы надеялись по их следам обнаружить исчезнувшую «балтийскую Атлантиду», поэтому сообщение из анналов Кведлинбурга казалось нам фрагментарным и случайным. Несмотря на то, что обычно в исторической культуре первое упоминание о явлении  считается и его возникновением (напр., первое упоминание Вильнюса считается основанием Вильнюса), такой смысл упоминанию о Литве не придавался, словно надеясь, что будут найдены другие документы, свидетельствующие о более величественном прошлом Литвы.

Однако, пока этого не произошло, считалось, что имеет смысл придать значение  появлению имени Литвы из умолчания источников. Зная судьбу этого имени и  многочисленные поползновения стереть это имя с карт и из памяти, осмысленной выглядела даже скромная формулировка - «Тысячелетие упоминания имени Литвы». Все-таки сегодня достижения исторической науки позволяют утверждать, что такая формулировка является слишком скромной и очевидно сужающей возможный смысл и значение явления.

Св. Бруно в 1009-ом году действительно открыл Литву

Новая эра  даты 1009-ого года началась в 1983 г., когда проф. Эдвардас Гудавичюс дополнил историю Литвы и другими источниками, описывающими миссию и смерть св. Бруно. Анналы Кведлинбурга, в которых во время рассказа о гибели св. Бруно, упомянута Литва, - не единственный источник об этом событии. Их несколько, однако все они миссию св. Бруно в 1009-ом году локализовали в Пруссии.

Все-таки Э. Гудавичюс, следуя за польским историком Янушем Беняком, пришел к выводу, что самыми точными являются именно анналы Кведлинбурга, а другие версии являются только прямыми или косвенными интерпретациями этой версии. Ведь даже в ХIII в., т.е. по прошествии более  двух столетий после упомянутых событий, даже в такой географически близкой стране как Польша, все балтийцы назывались пруссами, а правитель Литвы Миндаугас - прусским королем, рассказывается, что он  вместе с литовцами (!) напал на Польшу. Оценив все это, появилась возможность использовать относительно более подробные описания миссии св. Бруно и превратить 1009-ый год в  действительный факт истории Литвы.

Нужно сказать, что и сегодня иногда высказываются сомнения в том, можно ли связывать с Литвой «короля Нетимера», обнаруженного «на границе Литвы и Руси». Но тогда нужно задавать вопрос - о каком еще балтийском племени говорить? Наши археологи мыслят проще - на этом пространстве они видят только проявляющуюся с V-VI в. и включающую большой ареал культуру курганов, которую они и связывают с литовскими племенами. Эта археологическая культура непосредственно увязывается с видимыми в источниках ХIII в. землями Литвы, ставшими ядром формирующегося Литовского государства.

Итак, сделаем первый вывод. Литва не случайно упомянута именно тогда - в 1009 г. в Литву прибыл первый распространитель христианства, монах, сын саксонского графа Бруно Кверфуртский (приблизительно 974 - 1009 г.) и здесь был убит. Можно сказать, что Колумб открыл Америку, а св. Бруно - Литву. В этом отношении Тысячелетие Литвы ничем не уступает  праздновавшемуся в 1896 г. Тысячелетию Венгрии, означающему условную дату вторжения мадьярских племен в Панонию, а возможно даже является более содержательным, нежели праздновавшееся в 1996 г. Тысячелетие Австрии, которое означало только достаточно случайное упоминание имени Австрии, как владения императора.

Крещение «короля» Литвы Нетимера

Важнейшим событием в подробных описаниях - Вицента и Пьетро Дамиани - миссии св. Бруно является крещение «короля» Нетимера. Итак, миссия св. Бруно началась гораздо успешнее, нежели трагически закончившаяся в 997 г. миссия св. Адальберта (Вайтекуса) в Прусах - оказалось, что Нетимер понимает смысл христианства и даже способен дискутировать по вопросам теологии. Нетимер и его соплеменники уверовали и были окрещены, он даже намеревался передать власть сыну, а сам присоединиться к деятельности св. Бруно. Однако, успешно начавшаяся миссия св. Бруно завершилась трагически: живший отдельно брат Нетимера отрубил миссионеру голову и истребил почти всю его свиту. Итак, крещение Нетимера в 1009 г. - первое крещение в Литве. Правда, это крещение не получило продолжения. Поэтому в данном аспекте крещение Нетимера нельзя сравнивать ни с крещением основателя государства Франков Хлодвига, 1500-летие которого отмечалось в 1996 г., ни с крещением правителя Польши Миешко в 966 г. И все же крещение Нетимера подтверждает, что 1009-ой - не только именины Литвы. Это - первая точная дата истории Литвы, первый настоящий сюжет истории Литвы.

Общество Литвы в 1009-ом

Если принять во внимание традиционную историческую версию, что события 1009-ого года происходили на землях пруссов или ятвягов, можно было ожидать, что будут проанализированы источники, описывающие миссию св. Бруно, как выглядело общество упомянутых племен того времени. Однако это не сделано. На общество Нетимера обратили внимание только сейчас.

В 1009-ом в Литву прибыла первая миссия. Св. Бруно направился сюда, возможно, потому, что соседи знали о том, что у Литвы есть правитель Нетимер. В современном понимании Нетимер - не король и не князь: он правит только одним из литовских племен. У него есть дружина из 300 мужчин - это немного для государства, но очевидно слишком много для племени. На то, что Нетимер правит не племенем, указывают и другие факты: его власть наследуется, территорию племени он считает своей вотчиной (patrija) - она четко ограничена и охраняется. Это должно указывать на то, что уже должно начаться формирование права собственности вождя племени: земля - главное богатство. Правда, этот процесс начался недавно - один из братьев Нетимера отделился и живет и правит отдельно (таким образом, семья может делиться территорией племени), а второй брат все еще живет вместе. Место жительства Нетимера именуется дворцом, у него имеются свои идолы, видимо, существует и пантеон богов, и управляемое вождем племени святилище. Таким образом, Нетимер еще не может считаться правителем государства - Литовское государство создаст только Миндаугас в середине ХIII в., а крещение по мнению историков превратится в христианизацию только в 1387 г., даже при самых благоприятных обстоятельствах. Литва Нетимера стала бы государством только приблизительно через столетие. На этом основании Тысячелетие Литвы может быть нельзя сравнивать с юбилеями возникновения великих держав или империй - перечислим только годовщины, праздновавшиеся в наше время: 200-летие США (1973 г.), 800-летие империи монголов (2006 г.), или 1200-летие империи Карла Великого (2000 г.). Однако 1009-ый сопоставим с событиями на стыке Х - ХI в. той же эпохи - с началом христианизации стран Северной Европы - акцией Олафа 995-ого года в Норвегии, крещением Исландии в 1000-ом, событиями 1008-ого года в Швеции, а также с коронацией короля Венгрии св. Штефана в 1000-ом. Наконец, 1009-ый для Литвы можно сопоставить с событиями 966-ого года, давшими начало Тысячелетию. Все это были события одной и той же эпохи - окончания первого тысячелетия христианства.

Кроме того, повторимся: Литва в 1009-ом году была на пути превращения из племени в государство (современная наука называет такое состояние chiefdom). Итак, Литва была не только открыта, но и возникла сама. Значит, в 2009-ом нужно отмечать не только Тысячелетие имени Литвы, но и Тысячелетие Литвы.

Судьба 1009-ого

В 1040 г. (или в 1044 г., а возможно были два похода) в Литву вступил, завоевал ее и заставил платить дано правитель Киевской Руси Ярослав Мудрый. Таким образом, в сюжете 1009-ого года словно закодирована вся последующая судьба Литвы: поднимались, падали и вновь поднимались. Прошли два столетия. Литва снова создавала свое государство - Великое Княжество Литовское, в 1253 г. на короткое время ставшее королевством с коронацией  своего первого правителя Миндаугаса. Несмотря на отказ от христианства, все-таки единственная из стран Восточной Балтии она устояла против крестовых походов. После принятия христианства в 1387 году, во время правления Витаутаса (правил в 1392-1430 г.), в 1410 году Литва окончательно остановила агрессию Запада в битве при Жальгирисе (Грюнвальде), стала частью Средне восточной Европейской и латинской Западной цивилизации. Такой она оставалась до самого 1795 г., когда ее захватила Россия. Однако в ХХ в. Литва еще дважды (в 1918 г. и 1990 г.) поднималась, создавая современное государство - Литовскую Республику.

Идея Тысячелетия и современность

Для того, чтобы осмыслить все эти повороты в судьбе Литвы,   прекрасную возможность предоставляет идея  Millennium. Увидеть подъемы и падения, славу и бесславие, героев и предателей, что создали и что не успели. Идея Тысячелетия возникла, как уже говорилось, в эпоху св. Бруно Бонифация в христианской Европе, когда нужно было в ожидании Христа не только радоваться тому, что сделано, но и осмыслить, что не сделано. Millennium - это порог, на котором ждут Последнего Суда. Позднейшая история Европы освободила эту идею от церковного влияния, но не отказалась от главного - мы размышляем не только о прошлом, размышляем о современности и будущем. Делать это Литву заставляет уже только то, что именно в эпоху своего Тысячелетия - на стыке ХХ - ХХI веков Литва восстановила Независимость, возвратилась в Европу и стала членом Евро-Атлантического сообщества. Новые возможности и новые вызовы - об этом заставляет размышлять Millennium Литвы. Размышлять о том, как мы будем жить в грядущие столетия.